Козлова Анна Юрьевна

Очень советую. Прочитала с большим удовольствием!

Грустно, что это есть на самом деле!! Прочитайте эту литературу, она стоит того времени! Я немного разобралась в себе!

Как в любой другой истории можно смело заявить, что все проблемы человека являются детской травмой и это довольно верный статистический факт, хоть и безумно предсказуемый. Главная героиня романа – Саша Живержеева также, как и большая часть человечества, мечтала обрести счастье, а мешало ей, в основном, всё то, у чего ноги росли из детства. Непонимание или, вернее сказать, незаинтересованность родителей в жизни своего ребенка, нескрываемые конфликты родителей, но вечная озабоченность собственным одиночеством и желание спасти в итоге треснувший по швам брак. Иначе говоря, не случившаяся толком полноценная семья, плохой пример матери, эпизодично уважающую себя, как женщину, но бесконечно допускающую в свою жизнь неверного мужа, а быть может так хотелось думать ей самой. Родители Саши любили друг друга, но к сожалению, не могли друг друга принять и потому довольно скоро начали методично, с каким-то гибельным сладострастием, друга уничтожать. Все детство, в тот период, когда слова ещё не слишком осознаются, «но упрямо пишутся на подбородке», Саша слышала, как мама говорила папе о любви, а после мелодики чувств всегда следовало «но». Это «но» было бесконечным и неисчерпаемым, как все обиды на отца, как расстояние, на которое они каждый день друг от друга отдалялись. С каждым днем оно росло и ширилось под тяжестью взаимных претензий и в какой-то момент стало таким огромным, что придавило факт присутствия любви. Мама была сосредоточена на идеалистичности собственного мужа и спасении разрушающегося корабля их семьи. За всеми этими проблемами, создаваемыми собственными руками и отчаянными способами этими же руками их решить, мама не слышала маленькую Сашу и упустила момент той роковой детской травмы – домогательство со стороны учителя музыки, но даже эта история не пробудила в маме материнских чувств, что-то вынудило её обвинить в случившемся дочь. На мой взгляд, совсем не эта ситуация разрушила жизнь Саши, она даже напротив, по её словам, навсегда запечатлела Алексея Ивановича в своей памяти как лучшего любовника. Страшно представить, но в длительный период вражеских отношений между родителями именно Алексей Иванович дал ей ощущение нужности, чувство первой любви. Да и в целом поступок Саши - ни что иное, как отражение поведения собственной матери, транслируемое все годы их совместной жизни. Мама и папа расходились довольно трудно. В свои новый отдельные друг от друга жизни они продирались, как босые ступни в узкие сапоги. Самое, пожалуй, дикое в такой ситуации – это свидетельство маленького ребенка. Наблюдать за тем, как быстро, и главное совершенно немотивированно для ребенка, самые дорогие ему люди вдруг становятся врагами; как меняются их лица, интонации, голоса…

Повзрослев Саша перестает видеть в отце врага, вернее сказать, она никогда его в нем и не видела, это мама постоянно транслировала неугасающее разочарование и презрение к отцу, потому, быть может, Саша шла на поводу у неразделенных чувств воспитывающей её матери. Со временем Саша понимает, бесконечно поддерживать преданную мать просто бессмысленно, ведь конфликт родителей не должен лишить её отца, это не её конфликт. В героине просыпается надежда, что если не мама, то папа должен её защитить, дать ей ответы на вопросы, которые в бесконечных раздорах были отложены с детства до наступающей на пятки юности. И вот приходит осознание, что отец никогда и не был плохим, невзирая на «шизофреническое сопротивление мамы», он действительно заботился о ней, живо интересовался её проблемами, общался с ней на равных. В отличие от мамы, всегда упрекающей безмолвно, в присутствии отца, или громогласно в его отсутствие дочь ироническим взглядом, поучая и подавляя до уровня младенческого возраста. Саша вообще недоумевала, как два взрослых человека, любящие когда-то друг друга и создавшие своими руками семью, породившие её плод могут молча, с ненавистью или обидой, с каким-то печальным трагизмом смотреть друг на друга или, более того, вообще не желать друг друга видеть, создавая впечатление, что они не знакомы! «Если бы я могла установить новый общественный закон, я бы обязала всех бывших мужей и жен, всех бывших любовников и любовниц, встречаясь, публично обниматься и громко благодарить друг друга за дни счастья, которые они когда-то щедро друг другу дарили» и наверно оказалась бы чертовски права, это был бы самый успешный и, наверное, логичный выход из омута всех этих грязных склок, оскорбительный фраз и жуткого несчастья. Саша ощущала в этом подлость по отношению к себе – полярная разность родителей делала её счастливой редкими моментами, но по отдельности эти два полюса нагоняли на неё скуку. «Ни папа, ни мама так, в общем-то, и не поняли, что я за человек» - заявляет главная героиня и как будто с тех пор никто не мог или просто не пытался этого понять. Когда Саша выросла из проблем с родителями, а вернее сказать просто ушла от них, убежала, уехала как можно дальше, оставляя традиционными лишь еженедельные звонки с мамой, Саша стала жить самостоятельной жизнью. Окончив институт, никак, по её мнению, не повлиявший на умение писать, она устроилась корреспондентом и закрутила вполне предсказуемый роман с главным редактором «вполне себе приличной газеты». Мама была в курсе этих событий и искренне радовалась за дочь, считая такой хлипкий, но многообещающий союз большой удачей. Гриша Смирнов, Григорий Иванович или просто Гриша конечно был далеко не лучшей партией для Саши, в силу 30-летней разницы в возрасте, служебного романа, наличия «4-ой, кажется, жены» или всех этих факторов в совокупности, но так уж сложились обстоятельства. Он был её начальником, покровителем, любовником, он также дарил ей чувство нужности, которого так не хватало. Но спустя время вся эта пылающая страсть, конечно же, преобразилась. Несмотря на то, что Саша была неотъемлемой частью его жизни и даже его жена узнала об этом факте, он стал относится к ней также как прошедшим трём женам и всем тем женщинам, которые на какое-то время задерживались в его жизни – он обесценил её. И все эти порывы любви и унижения, возвращения и скандала, прощения и прощания закончились провалом. И даже уход с работы не прервал этот длительный сладострастный мучительный роман. В момент, когда Гриша понял, что несчастен и с женой, и на работе, он пришел к Саше с полной уверенностью, что для счастья не хватает только её, но не знал, что она просто окажется следующим несчастьем. В какой-то момент Саша осознала, что больше не может нести груз себя и Григория Ивановича со всеми его рабочими проблемами, женами и не заканчивающимися страдания то о том, то о другом на собственных хрупких плечах. Его всевластие её поражало: ей хотелось принадлежать ему, но рамок этому господству не было; вместе с любовью, мужским плечом, освобождением её от всех обязанностей, на неё обрушивался сор из унижений, потаканий и тысячных ежедневных издевок. Пятидесяти двух летний Григорий Иванович превращался в маленького задиру, в кулачке у которого все ниточки от маленькой куклы Саши – он получал всё, что хочет в любое время дня и ночи и кроме слов благодарности в нем возникало желание доказать, кто здесь действительно главный, чего он никогда не стеснялся доказывать. Всё это стало слишком неуместно даже для Саши, не имеющей границ, и когда он в очередной раз перегнул палку, спектакль под его режиссурой закончился. «На что ты ещё способна» - последнее, что он произнес в ей адрес и это, пожалуй, и есть риторический вопрос жизни Саши Живержеевой – двадцати семи летней сотрудницы канала СЛК, занимающейся «Домом-2». «Моя личная история такова, что я всегда обнаруживала себя в ситуации, когда любовь нужно доказывать. Я доказывала маме, я доказывала папе, я доказывала Грише Смирнову. Я искренне считала, что любовь можно только заслужить, и я ее всеми силами заслуживала. Я добивалась любви, как это ни дико звучит, от собственных родителей. Я кричала: «Мама! Это я! Я здесь!» — и ответом было несколько раздраженное молчание. Единственное, чему я до сих пор поражаюсь, так это откуда во мне столь огромный потенциал. Откуда эти невероятные способности сжать зубы и все равно любить? Маму, папу, с которым мы последние пятнадцать лет не общаемся, Диму… Гриша Смирнов считал, что я больная. Может быть, он был прав?». И сложно подтвердить или опровергнуть слова Гриши Смирнова, но одно можно сказать точно – Саша была в отчаянии. Точкой невозврата к предстающей борьбе со страхом «поджечь всё, что боялась» стал звонок из больницы - Сашин отец доставлен с инфарктом, нужно приехать. Для Саши ужас истории был не в том, что её отец оказался на грани смерти и сейчас ему требуется помощь, а в том, что спустя 15 лет своей сознательной жизни без его присутствия, в момент чрезвычайного происшествия с требованием о помощи звонят именно ей, а не кому-то ещё. И даже в этот момент на фоне переполняющих её чувств несправедливости и переживания в состоянии аффекта, абсолютного шока, она ощутила необходимость поддержки, источал которую лечащий врач её отца. Саша поймала себя на мысли, что любит его очень давно, но тут же осознала, что находится в полном бреду и отогнала эти мысли. Саша понимала, что эта история будет очередной, как бы небанально она не начиналась. Ей уже смертельно надоели эти лживые порывы, заканчивающиеся ничем - ворох мужчин, которые появляются, пылая чувствами, пытаются удивить её искромётным флиртом, а через неделю становятся до тошноты скучны, играя драматичную фальшь и обращая свои фишки в односторонние разговоры. Пытаясь найти истину в вине, в свете последних, да вообще всех навалившихся за её жизнь, событий, Саша осознает всю никчемность бытия: она раздавлена, использована, она больше не испытывает ни малейшей радости от жизни. Этот бесконечный самоанализ, вызванный хроническим прочитыванием книг по женской психологии, Саша решает остановить, избавившись от скопившейся макулатуры. Собрав книжную горку посередине собственной спальни Саша разводит очистительный огонь: книги пылают, обращаясь в пепел, исчезают слова, исчезает буквы и вместе с тем чувство боли и раскаяния в душе Саши. И в новый день она рассчитывала войти обновленной, принимать новые решения и не совершать былых ошибок, потому встретившись с лечащим врачом своего отца, она как на духу описала сценарий их дальнейших отношений. Саша хотела уличить его в лицемерии, указать на то, что он один из всех и предложила не разыгрывать спектакль, а говорить откровенно и оказалась права. Да, возможно больше никому ничего не придется доказывать, возможно очередная романтическая история в её жизни окажется такой же, как и все предыдущие, так или иначе в конце произведения Саша подытожила: «…И много чего ещё происходило, но это подробности уже другой истории. А моя закончена», как бы заключая, что отныне всё будет по-другому, а она будет непременно счастлива – за этим же мы все здесь..