The story projects Twain’s lifelong struggles with his conscience. Here the conscience admits to being the “most pitiless enemy” of its host, whom it is supposed to “improve” but only tyrannizes with...
«– Мальчик, мистер Какстон, мальчик! – Отец мой погружен был в чтение. Мальчик! повторил он с видимым смущением, подняв глаза. – Что такое мальчик?
При таком вопрос, отец вовсе не думал начинать...
